Быль о том, как я стал охотником

Дело было в Западной Сибири в 1950 году. Послевоенное голодное детство. Безотцовщина. К этому надо добавить большую удалённость от культурных и административных центров. Что там говорить, до ближайшей железнодорожной станции 170 километров фактически по бездорожью. А местность болотистая, суглинистая, дорога петляет по гривкам среди болотин и зыбунов. Твёрдое кое-какое покрытие стало появляться лишь спустя 50 лет. А до моей деревеньки и до сих пор лишь улучшенная грунтовая дорога. Ни щебёнки, ни тем более асфальта.

К чему я на это обращаю внимание, да просто потому, что никакого медицинского обслуживания населения в военную и послевоенную пору у нас не было. Питание было некачественное. Зимой картошка, весной щи с лебеды и крапивы. Помню однажды к нам зашёл сосед-учитель. Он с удивлением увидел что я ел какие-то лепёшки.. Они не походили на хлеб. Лепёшки разваливались в руках, т.к. муки там было мизер и они в основном состояли из отрубей и кусочков картошки. Сосед спросил что я ем. Я ответил- хлеб. Он только покачал головой. Впоследствии я узнал, что сельским служащим давали 5 кг настоящей муки в месяц.
Не были изжиты многие массовые детские болезни- желтуха, скарлатина и ещё какие-то… Многие дети болели. Выживали сильнейшие, как кто мог. В семьях было по 2-4 умерших детей… Заболел и я. Наверное это была желтуха.

Помню, что была зима, я лежал на лежанке в своём доме. Жили мы вдвоём с мамой. И вот однажды приходит к нам соседка-тётя Катя. Она жила ещё беднее нас. Но весёлая тётя была. Оптимизм и юмор у неё были неистощимы. Зашла она в дом обмела веником валенки от снега и говорит:
— Толя, ты чего лежишь? (как будто не знала о моей болезни).
Я говорю: болею.
Она:- А мяса хочешь?
Я: — Конечно хочу. Давно его не видел (вся домашняя живность у нас почему-то уходила на налог- его отменили кажется в 1953 году).
Она: — Так чего же ты лежишь без дела? У Вас лоси по огороду бродят, а ты лежишь.
Я: — Так я стрелять не умею, да и не с чего.
Она: — А зачем стрелять. Мы поймаем его в петлю.

Просит у мамы нож, отщепляет от полена лучину, и привязывает к ней нитку- петлю. Мама смеётся — не выдумывай Катя. Но она выходит во двор, пробирается по сугробам за домом и напротив моего окошка втыкает лучинку-поводок в снег и подвешивает к стеблю бурьяна петельку. Возвращается и радостно сообщает, что полдела сделано, теперь надо только терпеливо ждать, когда влетит лось. Хоть бы о зайце мне говорила, но с голодухи мечтала видимо лишь о лосе. Весь вечер я со своей лежанки то и дело посматривал в окно ожидая удачи. Рано утром ещё в темноте уже пытался рассмотреть попался ли кто в петлю. Мама говорила — спи ещё очень рано и ничего не видно…

Как будто какой -то элексир жизни или чудодейственное лекарство принесла мне тётя Катя. Я стал поправляться. Как-то в солнечный день опять пришла тётя Катя и предложила мне попробовать встать с лежанки на свои ноги. Мама испугалась, что я упаду и разобьюсь. Но я в каком-то задоре встал и сказал, что могу не только постоять, но и сделать два шага от лежанки до комода. Тётя Катя — а ну давай! Когда я поднялся с лежанки, ноги у меня задрожали, но я отчаянно шагнул до комода и даже устоял уцепившись за косяк. Меня похвалили, а тётя Катя сказала — надо же, а старушки сказали, что Толя Прасковьин уже не жилец, помрёт. И добавила- живи Толя, поправляйся, ходи на охоту… С этого дня для меня началась новая жизнь. С удивительным, неосвоенным, таинственным миром ОХОТЫ. Ведь теперь надо было самому выходить во двор ставить самоловы и проверять их… Появились новые интересы и заботы. Болеть было уже некогда.

Уже в школе для поправки семейного рациона ловил зайцев в петли и белых куропаток в силки. С 10 лет в 1954 году дед подарил мне в собственное распоряжение настоящее ружьё-ИЖ 5 20 калибра. Порох и капсюли он давал, а пули я выковыривал с брёвен, после пристрелки штуцеров взрослых охотников и расплющивая делал из неё дробь.

Тетеревов с Васюганского бескрайнего болота в октябре на жнивьё и почки вылетает великое множество и добывали их даже ленивые. Васюганское болото- самое крупное на нашей планете. Добраться до него трудно. Пересечь с края до края пешком невозможно. Дичь там непуганая. Ружейными охотниками у нас становились не с уток, а с тетеревов. Но не это главное. Главное, что меня спасла вера в охоту, да и впоследствии много раз приобретенные навыки выручали в тяжёлых ситуациях. Чего только стоит затяжной период смуты 90-х годов 20 века. Я всегда Благодарен её величеству ОХОТЕ! Не зря говорят- охоту надо заслужить у бога, охота-это милость божья. Пришвин писал, что неохотники проживают на незамеченной земле.

Анатолий Азаров, Санкт-Петербург, член ВОО

фото из сети Интернет

книги А.Азарова можно приобрести
http://www.ohot-prostory.ru/